Noi tutti apparentemente viviamo, ma

Martedi 12/12/2017

Noi tutti apparentemente viviamo, ma…

Мы все живем как будто, но…

Noi tutti apparentemente viviamo, ma
È da tanto che non ci eccitano
Né i fischi delle locomotive
Né le sirene delle navi.
Altri – coloro a cui è dato –
Cercano di raggiungere le profondità e vedono il fondo,
Ma è come se fossero degli scarabei stercorari
Oppure avannotti di acqua bassa…
Мы все живем как будто, но
Не будоражат нас давно
Ни паровозные свистки,
Ни пароходные гудки.
Иные – те, кому дано,-
Стремятся вглубь – и видят дно,-
Но – как навозные жуки
И мелководные мальки…
E tutt’intorno volano i casi, come dei proiettili,
Pazzi, tardivi, ciechi, esauriti…
Taluni hanno corso il rischio di affidarsi –
E subito: a chi – la tomba, a chi – la gloria.
А рядом случаи летают, словно пули,-
Шальные, запоздалые, слепые, на излете,-
Одни под них подставиться рискнули –
И сразу: кто – в могиле, кто – в почете.
Altri ancora non se ne sono accorti,
Invece noi li abbiamo schivati,
Di proposito o secondo il presagio
Siamo inciampati sul piede destro.
Другие не заметили
А мы – так увернулись,-
Нарочно, по примете ли –
На правую споткнулись.
In mezzo al tran tran e al trambusto
Oh, per quanto tempo noi non stiamo dritti!
Ci pieghiamo a volte per sprofondarci in inchini di scorta,
E a volte per allacciarci le stringhe…
Vorremmo penetrare a fondo,
Ma perfino le menti brillanti
Espongono tutto tra le righe:
Loro ragionano con una prospettiva a lungo termine…
Средь суеты и кутерьмы –
Ах, как давно мы не прямы! –
То гнемся бить поклоны впрок,
А то – завязывать шнурок…
Стремимся вдаль проникнуть мы,-
Но даже светлые умы
Все излагают между строк –
У них расчет на долгий срок…
Noi aspiriamo a librarci in alto –
Poiché i nostri pensieri ormai sono saliti su,
E lì stanno regnando, leggeri,
Liberi, eterni, elevati.
E così forte è stato il desiderio di volare su,
Che ieri ci siamo ubriacati,
E contrariamente ai pensieri amari
Abbiamo mangiato dei bocconi dolci…
Стремимся мы подняться ввысь –
Ведь думы наши поднялись,-
И там царят они, легки,
Свободны, вечны, высоки.
И так нам захотелось ввысь,
Что мы вчера перепились –
И горьким думам вопреки
Мы ели сладкие куски…
Con uno scasso aperto, senza le chiavi,
Urlando a squarciagola degli orrori,
Vorremmo aprire un seminterrato pestilente –
Rischiando addirittura la testa.
E sobriamente, non a mente calda,
Noi tagliamo via il passato con l’accetta,
Però lo tagliamo con un braccio molle,
Freddo, floscio – con un braccio assente.
Открытым взломом, без ключа,
Навзрыд об ужасах крича,
Мы вскрыть хотим подвал чумной –
Рискуя даже головой.
И трезво, а не сгоряча
Мы рубим прошлое сплеча,-
Но бьем расслабленной рукой,
Холодной, дряблой – никакой.
Fa piacere togliersi il peso dalle spalle
E esporre tutto alla luce, per il giudizio divino,
E, tremando, far uscire allo scoperto una mano,
E dimostrare che dentro non ci sia un coltello,
Senza preoccuparsi che la mitraglia
Andrà a colpire anche coloro che sono disarmati.
Ma noi, quelli di ferro, veniamo corrosi dalla ruggine
E dalla psicologia della biscia che striscia…
Приятно сбросить гору с плеч –
И все на божий суд извлечь,
И руку выпростать, дрожа,
И показать – в ней нет ножа,-
Не опасаясь, что картечь
И безоружных будет сечь.
Но нас, железных, точит ржа –
И психология ужа…
E tutt’intorno volano i casi, come dei proiettili,
Pazzi, tardivi, ciechi, esauriti…
Taluni hanno corso il rischio di affidarsi –
E subito: a chi – la tomba, a chi – la gloria.
А рядом случаи летают, словно пули,-
Шальные, запоздалые, слепые, на излете,-
Одни под них подставиться рискнули –
И сразу: кто – в могиле, кто – в почете.
Altri ancora non se ne sono accorti,
Invece noi li abbiamo schivati,
Di proposito o secondo il presagio
Siamo inciampati sul piede destro.
Другие не заметили
А мы – так увернулись,-
Нарочно, по примете ли –
На правую споткнулись.